Очевидно, что в Европе сложилось четкое мнение: для урегулирования кризиса, угрожающего новым наплывом беженцев, без контактов с официальным Минском не обойтись. Отсюда и разговоры по телефону Борреля с Макеем и Меркель с Лукашенко. Но значит ли это, что Европа готова признать легитимность нынешней беларуской власти? Газета «Белорусы и рынок» узнала, что об этом думают эксперты.

Аналитик Петр Кузнецов в телеграм-чате «Такие дела», комментируя состоявшиеся телефонные переговоры, отметил, что еще на прошлой неделе было понятно: какой-то контакт по теме обязательно состоится.

«Наступление холодов и расположение мигрантов лагерем на открытом воздухе на границе очень сильно сместили характер кризиса с чисто политического и принципиального в сторону гуманитарного. Возможно, на это и был расчет белорусской стороны», — пишет Кузнецов.

По его мнению, совершенно логично, что со стороны Европы главным инициатором шага стала Меркель. У этой фигуры сейчас есть как минимум две очень существенные черты, дающие ей возможность вступить в контакт с белорусской властью с минимальными издержками. Во-первых, сама врио канцлера — политический мастодонт, чей авторитет ни в Европе, ни в мире никаким сомнениям не подвергается, особенно, если она в конкретный момент печется не о собственных политических бонусах, а о других людях. А конкретная ситуация как раз такая, и это во-вторых, что Меркель как раз и выглядит заботящейся исключительно о людях, в силу той простой причины, что она все равно уходит, она уже в статусе «и.о». То есть, ее контакт с Минском – достаточно символический жест, который в то же время совершенно не означает, что за ним последует какое-то приятное для белорусской власти продолжение.

Эксперт Денис Мельянцов в телеграм-канале «Беларусь в реальной «политике» напоминает, что еще год назад говорил: разговаривать будут с тем, кто реально влияет на ситуацию. Такова «физика» международной политики. Легитимность в этой сфере — пустое понятие. Когда прижмет, отходят на второй план и «ценности», и «принципы», и сохранение лица.

По его мнению, пока рано говорить, что Лукашенко победил в этой игре нервов — слишком еще далеко до полноценных переговоров и тем более снятия санкций и нормализации отношений. Но то, что лидеры ЕС по своей инициативе разморозили контакты с непризнанным ими президентом, уже говорит о многом.

Мельянцов еще раз подчеркнул ранее высказанный им тезис: сейчас мы имеем совершенно новое качество белорусского государства. Белорусское руководство, с одной стороны, мобилизовалось и провело внутреннюю чистку, став более монолитным (что, однако, не свидетельствует о качестве принятия решений), а с другой —осознало пагубность игры с Западом в прилежного студента, научающегося азам демократии и прав человека в обмен на улучшение отношений. Сейчас речь больше не идет об обсуждении внутренней проблематики с какими бы то ни было внешними силами. Вероятно, этот принцип будет даже закреплен в каких-то доктринальных документах. Отсюда и такая негативная реакция на продвигаемую австрийским МИДом конференцию в Вене, посвященную белорусскому вопросу с участием заграничных оппозиционных центров.

«Сейчас Минск демонстрирует Западу спектр возможного. От «ситуационно нейтральной» Беларуси, донора безопасности и стабильности в регионе, до военного форпоста России, способного доставить Евросоюзу и особенно наиболее враждебным Беларуси Литве и Польше массу проблем. При этом подчеркивается, что ситуация обратима. Что, по всей видимости, необратимо, так это непереносимость внешнего менторства и выстраивания сетей влияния. Здесь урок, скорее всего, усвоен» — пишет Мельянцов.

«Звонки Борреля и Меркель все больше выглядят, как попытка дать Лукашенко возможность самостоятельно деэскалировать конфликт, — пишет в своем телеграм-канале политический аналитик Артем Шрайбман. — Лукашенко нужно было найти путь сойти с колеи, так чтобы это не выглядело полной капитуляцией. Обмен сигналами о готовности это сделать привел к тому, что в ЕС решили ради гуманитарных соображений дать ему такую возможность.

По мнению Шрайбмана, говорить о признании Лукашенко тут, мягко говоря, рановато. Евросоюз, если и признал его кем-то, то скорее человеком, который способен сам создавать проблемы в регионе и затем сам решать эти проблемы.  «Допускаю, что в головах некоторых людей именно так и выглядит «легитимность»: поджечь сарай у себя во дворе, попугать пожаром соседей и потушить сарай, когда тебе позвонили.

Навіны ад Belprauda.org у Telegram. Падпісвайцеся на наш канал https://t.me/belprauda.

Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest
Поддержать проект:

Загрузка...