Протесты, уровень самоорганизации новых структур гражданского общества и политическое руководство нужно пустить в одно русло – без связи всех трех уровней нельзя победить.

Две колонны протестующих приветствуют друг друга на Марше соседей в Минске 29 ноября 2020 года / @natbelographic

На «Марше соседей» в Минске, прошедшем 29 ноября, насчитали около 60 колонн протестующих. Рассредоточившись по городу, протесты распылили ресурс силовиков. В итоге в столице вчера хоть и было несколько сотен задержанных, но люди в черных шлемах и балаклавах явно не поспевали за демонстрантами.

Что происходит с протестами и почему мы не видим политического эффекта от четырехмесячных гуляний по воскресеньям? Об этом Thinktanks.by поговорил с основателем Центра европейской трансформации, членом Координационного совета, политологом Андреем Егоровым.

-Силовики не готовы к новому формату протестов чисто физически: их не так много и действовать одновременно в разных точках города они просто не могут. Причем перемещаться они вынуждены массово: двух-трех автобусиков с силовиками не хватит в момент концентрации людей в конкретном районе, потому что что в районах могут маршировать сразу несколько тысяч человек. Чтобы перехватать всех, нужно активно перемещаться от двора к двору, концентрировать свои ресурсы, ездить большими толпами, чтобы справляться с протестующими. Если акции одновременно происходят в 20-25 точках Минска, особых шансов нахватать заложников из числа реальных протестующих у силовиков нет. И конечно же, им зачастую непонятно – куда уходят толпы, о которых им сообщали.

Децентрализация протеста не позволяет силовикам эффективно его задавить.

-Четыре месяца воскресных прогулок – очень большой срок. Насколько хватит ресурсов у народа продолжать протесты – с учетом наступления зимы, с учетом нарастания волны COVID-19, которая серьезно подкосила ряды протестующих?

-Погода, эмоциональная усталость у людей, репрессии, цена участия в протестах – все накладывается на довольно слабый политический эффект. Люди не видят значительных изменений, вызванных протестами, поэтому начинают оглядываться назад и скептически переоценивают происходящее. Когда на политическом уровне не происходит никаких сдвигов, то начинают переживать происходящее с большей фрустрацией, чем раньше.

В этой связи необходимо постоянно менять формат акций, который дает людям эффект присутствия на улицах, заряжает людей позитивной энергией в результате совместных действий, показывает, что именно народ контролирует города – дворовые протесты дают поддержание протестной энергетики. Но и от них тоже люди постепенно будут уходить, если они не принесут заметного эффекта.

Просто так протесты не утихнут. Но насколько их хватит, я не знаю (если на политическом уровне вообще ничего не будет происходить, либо действия будут абсурдные), многое зависит от контрдействий властей. После гибели Романа Бондаренко протестные настроения резко возросли, а возмущение вывело людей на улицу.

-Вы сами сформулировали следующий вопрос: почему четырехмесячные протесты не дали видимого политического эффекта?

-Многие структуры, которые сегодня олицетворяют протест на политическом уровне, по-прежнему нерешительны в плане политических действий. Протесты по-прежнему децентрализованы, по-прежнему не связаны с политической плоскостью, по-прежнему протестные группы разрозненны и по-прежнему не осуществляют единого целенаправленного коллективного действия. То есть, протесты могут быть успешными при наличии трех условий: а)если они длительные, б)достаточно массовые и в)блокируют жизненно важные функции режима. Нынешние протесты НЕ БЛОКИРУЮТ жизненно важные функции режима: попыткой блокировки стал народный ультиматум, объявленный Светланой Тихановской. Но ультиматум не до конца реализовался: невыполнение условий ультиматума должно было вызвать общенациональную забастовку (когда останавливается буквально все и блокируется инфраструктура). Но общенациональная забастовка не состоялась. Для осуществления такого действия просто выходить гулять по воскресеньям недостаточно, необходима другая структурная и политическая организация всего движения, которая позволяет организовать конкретное действие. Для общенациональной забастовки нужна всеобщая готовность, ее нужно наращивать, а чтобы нажать кнопку, блокирующую жизненно важные функции режима, все должны знать, какое действие и как мы осуществляем. Сами по себе протесты в долгосрочной перспективе подтачивают силу режима – ослабляют экономическую основу режима, создают постоянное напряжение и внешнее давление, властная вертикаль потихоньку сдается. Но это длительный процесс.

-Чем можно объяснить нерешительность политического звена протестов? Философ и методолог Владимир Мацкевич сформулировал очень четкий вопрос: зачем революции лидер, который не ставит своей целью взятие власти?

-Совершенно обоснованный правильный вопрос по отношению к революции. Проблема Светланы Тихановской состоит в том, что она, наверное, готова была бы к более решительным действиям, но не знает – как; ее ближайшее окружение не очень готово на реализацию этих действий, хотя может и знать – как.

Ситуацию с Координационным советом, наверное, можно объяснить так: он считает себя площадкой для переговоров с властями, совещательно-консультативным органом, но не управляющим. А во-вторых, существует травма пережитых репрессий в отношении президиума Координационного совета, часть людей полагает, что более решительные действия вызовут полный разгром. Вот поэтому они и воздерживаются от таких шагов.

Хотя мое объяснение выглядит не полным, как и любое объяснение в целом.

-Так может, не протестам нужно транформироваться, а политическому руководству?

-Вся ситуация в Беларуси раскладывается на три равнозначных политических уровня: протесты, уровень самоорганизации новых структур гражданского общества и политическое руководство – без связи всех трех уровней нельзя победить. Нельзя победить без массовых протестов, но нельзя победить этот политический режим и без низовой структурной организации. Все процессы сейчас идут, но и другая сторона постоянно сражается.

Как все-таки соединить три составляющие в единый поток?

-Должно быть встречное движение. С одной стороны, люди должны требовать от Координационного совета и штаба Светланы Тихановской действий или решений. Светлана Тихановская регулярно встречается онлайн с различными группами людей, хотелось бы верить, что люди не только слушают, развесив уши, но и высказывают критические замечания, не только смотрят локально на свой двор, коллектив или сообщество единомышленников, но и оценивают ситуацию целиком. Хочется надеяться, что спрашивают, как спрашиваете вы: почему так действуем, а не иначе, когда и почему, какие уроки извлекли из неудавшегося ультиматума? Надо задавать неудобные вопросы команде Тихановской и Координационному совету.

Навіны ад Belprauda.org у Telegram. Падпісвайцеся на наш канал https://t.me/belprauda.

Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest
Поддержать проект:

Загрузка...